Новые КВ: память сердца

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Новые КВ: память сердца » Племя Ветра » Пещера целителя


Пещера целителя

Сообщений 61 страница 72 из 72

61

- На философию пробило? Тебе точно надо тыкву свою проверить. Воевать, говоришь, легко? Ты хоть раз дралась не на жизнь, а на смерть? Когда стоит вопрос: ты или твой противник? Вы оба хотите жить, но один умрет обязательно. И ты так легко отнимешь у него жизнь? А если у него семья? Любимая? Если в жизни это - благороднейший кот, который все свободное время посвящает уходу за старейшинами и обучению котят? Если он ни в чем не виноват, просто придурок-предводитель приказал ему с тобой биться? Ты его убьешь? Просто возьмешь и убьешь? По-моему это ужасно. Я хочу дарить жизнь, а не отнимать. Я, наверное, никого никогда не смог бы убить-Ответил ей Червонец. " Уж кого-кого, но его точно "
-Ты предлагаешь идти против воли предводителя?! Если такова судьба кота,то он погибнет. Здесь всем  командует Звездное племя.-парировала Жабик. " Но, похоже, этот вопрос его действительно задел... "
- Выучила пару травок? Умничка, получи конфетку! -Червонец сунул ей под нос какую-то травку. " А, кошачья мята!"
-Спасибо-просто сказала она,слизнув "конфетку". Вкус мяты был приятен и кошка быстро доела остатки угощения.
- Жуй и наслаждайся! Ходить нельзя еще минут пятнадцать. В реку не прыгать, вода холодная. К воинам племени Теней не лезть, они кусаются. Ах, да, ежей не нюхай, я не хочу вытаскивать у тебя из ноздрей колючки-проговорил Червонец и доковыляв до подстилки, уснул
-Спокойного дня-буркнула она и запрыгала на главную поляну.

>>>Главная поляна

0

62

офф.

Офф: Пятница - вечер, суббота, воскресение - ночь. [напоминание.]

В пещере вдруг появилась небольшая чёрная кошка, которая мило что-то проворковала юному целителю, но, скорее всего она не ожидала, что ответ будет так груб и Червонец впадет в отчаянье и злость.
- Привет, воительница-недоучка, которая возомнила о себе черт знает что, но явно подавлена своим происхождением и неуверенностью в собственных силах. Бывает. Я не психотерапевт. Лапу давай, - Буркнул он. Проделав все нужные махинации, кот толкнул кошку лапой в живот, чтобы та села и дал ей немного кошачьей мяты.
- Жуй и наслаждайся! Ходить нельзя еще минут пятнадцать. В реку не прыгать, вода холодная. К воинам племени Теней не лезть, они кусаются. Ах, да, ежей не нюхай, я не хочу вытаскивать у тебя из ноздрей колючки - С этими словами Червонец резко развернулся, из-за чего немного песка полетело на подстилку Хрусты и, хмыкнув, скрылся в темноте пещеры. В ту же минуту с места двинулась и Жабик, что, как казалось, полностью наплевала на слова целителя о "пятнадцати минутах". Хруста же была как задний план, совсем никто.
  Стало темнеть. Близился вечер. Почти все уже вернулись в лагерь, но Звёздного Ива не было видно опять. Кошка вздохнула. Ей было скучно, до боли грустно, особенно от понимания того, что Серолап сейчас чёрт знает где, Червонцу полностью на неё наплевать, Звёздного Ива нет, а больше она никому в племени особо не интересна. Кошка вздохнула и положила голову на лапы, но... Она боялась закрыть глаза! Перед ней вечно вставал силуэт чёрного призрака, она вообще боялась заснуть, как, между прочим, всего несколько лун назад сон был самым наилучшим анти депрессивным лекарством. Стало совсем темно. Хруста даже не могла отличить травы, лежащие на полу, камни, не могла найти Червонца. Боль в лапах, по всему телу. Стиснув зубы Хрусталик уткнулась носом в подушку, чтобы только не закричать! Не кричать! Иначе она разбудит Червонца. Он злой, Звёздные Предки, нельзя показывать ему, как ей плохо... Из глаз полились слезы отчаянья, но кошка не переставала бороться с внезапно накатившей болью, она просто не хотела тревожить Червонца. Тихо постанывая, кошка закрыла глаза и попыталась заснуть, но резкая боль всё еще чувствовалась во всем теле.

0

63

Так, друзья, давайте не покидать локацию. Жду следующего поста.

0

64

Темно. Холодно. Страшно. Страшно? Нет, не то. Скорее все-таки холодно. Или нет? или таки страшно? Черт, бессоница - это хуже тысячи зоноз в лапах. Это даже хуче чем вытачить тысячу зоноз из лап других! Червонец нервно перекатывался с бока на бок. Усталость давно уже сжала тело в железные тиски, но не хватало самого главного атрибута темноты и тишины - сна. Нужно уснуть, сон прогонит холод, утолит голод, на время, на несколько часов, но этого было бы достаточно. Отчего только такая дикая усталость, будто бы не спал неделю, месяц, год? Это же невозможно, с таким не живут.
Тем временем круглое, желтое и теплое яблоко солнца закатилось за горизонт. Прямо-таки волшебное яблоко по волшебному зеркалу из народных сказок. Катится себе, катится, озаряет мир, освещает путь, но это так, между делом. На самом деле оно просто катится. Что за чушь лезет в голову, когда не спится? Целитель перевернулся на спину и повернул голову в строну выхода, медленно и лениво. Горизонт пылал самыми дикими и безудежными красками. Оседая на холмах бескрайней, казалось, пустоши, свет взвивалася ввысь, обвалакивал облака толстым кроваво-грасным покрывалом и падая снова на грешную землю густым маревом. Реденькие облака бросали зловещие тени, делая цветовую гамму еще более... Огненной, что ли? Красно-желтый трепещущий ад... Чирик зажмурился от удовольствия, позволяя золотистому теплому свету лизать себе морду лица. Он был так погружен в мысли о тепле и свете, что на время забыл о холоде и темноте глубин своей пещеры и, кажется, уснул.
Когда оранжевые, как сегодняшний закат, глаза Червонца распахнулись вновь, то в пустоши уже хозяйствовала ночь, а пещера озарилась уже холодным, лунным светом, от которого все какое-то безжизненное и чужое. Будь на то воля ученика, то он сожрал бы луну, выпил бы до капли ее ледяной голубоватый свет и умер бы, чтобы в четырех племенах навсегда воцарился день. Рыжий верил, что луна и ночь - одно и то же, глупый ребенок...
Однако, сон отступил и, кажется, на долго. Целитель робко встал на четыре лапы, осмотрелся. Темнота и тишина, ну конечно. Однако что-то все-таки привлекало внимания. Что-то, от чьего белого окраса лунный свет рикошетил и слепил окружающихся. В мистическом голубом сиянии Хруста, казалось, светилась ничуть не меньше Звездных предков. Прядки шелковистой парафиново-белой шерсти падали на подстилку из сухого вереска, создавая восхитительный контраст мягкости и жесткости, смерти и теплящейся жизни. Однако пациентка явно не спала, вошкалась как вша на гребешке и зачем-то тукалась мордочкой в подстилку. Нюхает она ее, что ли? Нет, ну, всякое бывает. Червонец вздохнул, и от его горячего дыхания поднялось трепещущее облачко пара. Как же все-таки холодно. Приглядевшись, ученик заключил, что его белая постоялица тоже замерзла, худую тонкую спинку ученицы то и дело била ледянящая дрожь. Простудится еще, придется от кашля лечить. Мне оно надо? Целитель успокаивал себя, стараясь оправдать свой неясный душевный порыв прилечь рядом и греть своим скудным теплом. Робкий шаг вперед, еще один. Заново учимся ходить, дышать, осязать. Вот уже в одном шаге подстилка Хрусталик. Набрав в грудь побольше воздуха, Чирик аккуратно прилег на край вересковой соломы и прижался теплым рыжим боком к боку Хру. Шерсть ученицы сразу же вплелась в его короткую и рыжую, словно бы так и надо, словно бы здесь ей и самое место. Червонец не смел дышать. Не упади в обморок, не упади.

+1

65

Она не спала. Не могла, не хотела уснуть. Голова лежала на лапах, обессиленная, какая-то слабая, жалкая. Хруста ненавидела чувствовать себя слабой! О нет. Но сейчас только это, казалось, чувство жило в ней. Иногда белоснежная кошка вздрагивала от внезапно накатившей дрожи или резкой боли. Вскоре кошка подняла глаза и посмотрела на свои конечности. Белоснежно чистыми остались только передние лапы, уши и шейка. Хрусталик с нескрываемой грустью вздохнула. Ни Ива, ни Серолапа... Снова одиночество!? Вдруг кошка насторожилась - послышались шаги. Так как они доносились из середины палатки, то кошка была полностью уверенна, что их услышит и Червонец, если это какой-нибудь враг, а если это сам он... Возможно, конечно, но с чего бы ему не спать? Шорох прекратился. Хрусталик вздохнула, подумав, что это ей померещилось и положила голову на лапы снова и закрыла глаза, пытаясь хоть немного расслабится. Но полное напряжение и боль все еще чувствовалась. Снова шорох. Хруста резко оторвала голову от лап и вгляделась в темноту впереди себя, сильная дрожь прошлась по телу. Тишина. И послышалось дыхание. Этот "кто-то" был совсем-совсем рядом! Сердце Хрусталик застучало быстрее и она решилась обернутся, но в этот момент сзади к ней подошел тот самый "инкогнито" и лег рядом. Тепло разлилось по всему телу мелкой дрожью, кошка немного расслабилась. Она ничего не сказала, слова из-за жуткого удивления и благодарности застревали у неё в горле. Червонец? Неужели он... Но кошка уже подвинулась еще поближе к нему, чтобы чувствовать его теплую шерсть, его защиту и стук его большого сердца. Тук-тук, тук-тук.

0

66

М-да... Ударяюсь в романтику.
Она не отстранилась, не отбежала на несколько шагов с пронзительным визгом, не дала когтистой лапой ему по ушам! Она не отстранилась! Сердце ученика так и трепетало. Что это? Что со мной такое? Как это могло произойти, это же нереально, так не бывает! Червонцу захотелось зарыться носом в длинную белую шерсть и вдыхать ее запах, запах Хрусталик. Но это было бы уже непростительной наглостью, к тому же потом это будет сложно объяснить. Хотя какая разница что будет потом? Вдруг завтра мы все умрем, а Хруст так и не узнает как он к ней относится? Ну уж нет, я не смогу. Если бы в пещере целителя были часы, то ученики отчетливо слышали бы тиканье секундной стрелки, если бы биение сердца рыжего целителя не заглушало все звуки мира.
И как я докатился до такой жизни? Мог бы сейчас быть воином, лучшим во всем лесу. Но ведь я не смогу. Не смогу убивать. Зачем?
Червонец пододвинулся чуть ближе к ученице, вплотную прижимаясь к ее белому боку. Внезапно Хрусталик тоже придвинулась, прижалась сильнее. Что это? Может, это сон? Да, да, это сон, а во сне можно все!
Ученик вытянулся и положил рыжую голову на шею кошки так, что его нос коснутся ее дальнего уха. Все-таки странная штука страх. Вытаскивать занозы из визжащих котят, вида крови и переломанных конечностей он не боится, а просто прижаться к кошке из его, между прочим, племени стало настоящим подвигом! Хотя оно и понятно... Если их застукают, то Червонцу будет худо. Племя поверило ему, что он будет верен своим обетам целителя и никогда их не нарушит, а сейчас он сам уже сомневается, что сможет... Сможет не любить никого. Ведь целители любят всех одинаково, никого не выделяя, это же закон. И закон этот соблюдали множество его предшественников, а нарушали почти все. Так что вряд ли он, Червонец, особо уникален. Просто запутавшийся в жизни котенок-подросток, ничего больше.
- Т... Ты замерзла, вот я и... - чертов язык, почему он не слушается, когда он так нужен?!!

0

67

ОФФ: Соррель, я немного изменила идею — пусть Свирель уже давно валяется в  палатке, надо ж объяснить, где она была. С:

Свирель попала сюда луны две назад, а может, и все три — она не знала. Время в палатке было медленным и тягучим, как смола, и то и дело перемежалось медленной обморочной темнотой — когда Сви впадала в сон, больше похожий на забытье. Сон сменял бодрствование, бодрствование -  сон, и всё это в конце-концов начало напоминать Сви листопад, с хаотично падающими жёлтыми и красными листьями. Но и в этом была своя система. За её прихотливым узором было интересно наблюдать — чем Сви и занималась в последнее время.
Причина? Сви не могла назвать точно одну. Возможно, она съела что-то не то. Потом, она никогда не отличалась особенно крепким здоровьем, а её вечные прогулки по территориям в любую погоду — она никогда не любила лагерь — не могли пройти даром. Ну и для любого дела, и для выздоровления тоже, нужно желание. Его не было. Впрочем, Сви вряд ли могла точно сказать себе чего конкретно она хочет — на неё свалился очередной приступ меланхолии, происходящий от безделья.
Болезнь не была такой ж тяжёлой — она мучила Свирель неясной слабостью и тошнотой, но и ничем более. Больше изматывала Сви неопределённость её собственных желаний. И меланхолия, да.
Впрочем, она нашла себе занятие — иначе было никак. Она наблюдала за происходящим, и оно откладывалось в её памяти смутными ассоциациями — как тот листопад например. Она чётко представляла его. Вплоть до запаха, шелестения листьев и прочего, что она помнила. Эти ассоциации создавали уютный мирок, в котором она и жила беззаботно всё увеличивая и усложняя по мере течение времени. Природа — или Звёздное племя? - наградила её хорошим воображением.
Да, время-смола. Она чётко представила себе остро пахнущую кору дерева, покрытое тягучими янтарными каплями... Она знала, что это — пустая трата времени, но развлекалась, как могла.
Со временем она чувствовала себя всё лучше. Тошнота и слабость отступили, и она начала ходить по палатке, правда недалеко — её подстерегало лёгкое головокружение. Ей нравилось наблюдать за работой Червонца — как он ловко готовил снадобья, руководствуясь внутреннем чутьём, необычный запах трав, то свежий, то острый, то пряный, то и вовсе непонятный... Ей нравилась спокойная неторопливость в этом деле, и творческая радость целителя, и даже его вспыльчивый нрав и колкие ответы — Сви восхитилась и мысленно оттачивала собственное мастерство полемики. И даже лекарства — обычно горькие и неприятные — всегда дурманили и успокаивали, ей нравились.
Впрочем, какое-то смутное беспокойство не давало ей покоя. Её мать? Та пришла к ней однажды, якобы навестить. Но Свирель понимала, что она просто ищет собеседника от скуки. Обычно ей не удавалось поймать дочь, но сейчас-то ей некуда было деться. Терновка выглядела очень постаревшей — и Сви почуяла лёгкий укол совести. <Совсем я перестала о ней думать... Она же не виновата, что она такая.> Но она тут же почувствовала разочарование, гнев и ещё какие-то малоприятные чувства — и проигнорировала остальные чувства матери. Терновке так же неинтересна Сви, как и Сви — Терновка. Мать начала ей что-то рассказывать, но Свирель не слушала её. Нет, нет, дело вовсе не в матери. В племени личные отношения вообще е так уж и важны.
Ажур? Он заходил чаще. Они молчали — говорить было не о чем. Нет, это не Ажур.
Сквозь вход в палатку с лёгким ветерком проник свежий воздух — по-осеннему прохладный, чистый, наполненный лёгким ароматом перемен. И тут Свирель поняла — она просто скучает по степям, простору, бегу и осени. Просто, как всё гениальное.
Она повернулась к Червонцу — и заметила рядом с ним Хрусталик. Занятая собственными проблемами, она не заметила её появления. Но через мгновение прикинулась спящей — ей нет дела до их особенных отношений (по крайней мере, такой вывод она сделала). Она очень надеялась, что её не заметили.

0

68

Страх. Странное это явление. Оно появляется у всех в разное время, по разным причинам, но почему то никто не может, или не хочет найти страху - объяснение. То, что кажется совсем легким, смешным в исполнение... Почему, почему это вызывает страх!?
Мягкий свет огромной, как большой шар луны играл на стенах, создавая то причудливые формы, то устрашающие силуэты. Слышалось сопение из ближних пещер, бульканье воды, шелест длинного, высокого камыша и крон деревьев. Пролетали птицы. Они не спали. Интересно, почему? Как маленькие охранники леса они шмыгали то туда, то обратно, наверное, даже не находя особенной цели в своих полетах. Может, это птенцы, уже научившиеся летать? Они, словно огонёк свечки взмывали далеко к небесам, а потом камнем падали вниз, пролетали прямо над землей, касаясь грудкой щекочущих перья колосьев.
Хрусталик лежала полностью погрузившись в свои мысли, странная меланхолия... Уже день. Хотя нет, поменялось кое-что - чей то тёплый бок рядом. Этот Червонец. Как же все трепетало неё, когда его дыхание трепетало её тщательно вымытую шерстку. Вдруг кот шевельнулся и его голова оказалась около её уха. Где-то в животе кошки все заныло. От чего? И что происходило?
- Т... Ты замерзла, вот я и... -Он сказал это так тихо, заикаясь, боясь чего-то, что Хруста невольно усмехнулась. Она улыбнулась и, хоть наверное этого не было видно в темноте, она надеялась, что он услышит её. Не было сил говорить, двигаться и даже дышать, дабы только не нарушить создавшуюся вдруг гармонию. Дать волю чувств. Просто дать волю.

+1

69

Свет, мягкий и теплый, проник в палатку и разогнал всю тьму. Солнечный зайчик, отразившийся от какой-то злосчастной лужи, щекотал длинные рыжие ресницы. Ученик мгновенно вскочил на лапы. Только теперь до него дошло, что все, что происходило не было сном. Кот пристыженно прижал уши к затылку. Ужас! Если кто-нибудь узнает, меня вполне могут выгнать из племени за подобную вольность! Черта с два, о чем я вообще думал?!
Главное, чтобы об этом не узнала Кешью. А она узнает в любом случае, это серая проныра и при жизни знала обо всех интригах племени, что уж говорить о том, какой поток информации открылся ей теперь, после смерти. Живое воображение уже нарисовало искаженную злобой, но все равно хорошенькую мордаху Кеши со сверкающими темно-зелеными глазами. Мне крышка. И уход из племени - не есть самый худший расклад. Хуже будет если Кешью сделает что-то с Хрусталик, а она в любом случае попытается ей как-то навредить. Что мне делать?
Рыжий кот стоял посреди палатки с прижатыми к затылку ушами и широко распахнутыми глазами. Каждый волосок на его шкуре встал дыбом.
Внезапно внимание ученика привлекло какое-то движение в углу палатки. Белая тень. Нужно ли объяснять, что душа Чирика ушла в пятки. Это Кеша! Точно она! Однако белая тень пошевелилась и мгновенно затихла.
- Свирель! - радостно, но вместе с тем и немного сердито выдохнул целитель. Белая кошка уже несколько оправилась после своего отравления, а рыжему она порядком поднадоела своими извечными наблюдениями за его работай. Кот терпеть не мог, когда кто-то кроме Кеши "висит над душой", от этого все мысли в рассыпную и голова кругом. Валерьянку тебе пора пить, брат, а то паранойя прогрессирует со страшной силой. Кот медленно подошел к своему "рабочему месту" - своеобразная столешница с разложенными на ней в идеальном порядке травами - и стал не менее медленно в них копаться, выискивая нужные травки. Надеюсь, она ничего не видела. Пожалуйста, хоть бы она ничего не заметила! Мне не очень-то хочется назад к Двуногим. Дрожащими лапами можжевеловые ягоды нашарить не удалось, а слабый утренний свет не мог выделить светло-голубые кругляшки среди зеленого моря. Пришлось воспользоваться обонянием. Свежий и сладкий аромат. Оно! Она уже идет на поправку... Сколько ей нужно? Две-три? Котенок быстро отсчитал две крупные и одну маленькую ягодки и аккуратно, чтобы не повредить тонкую кожицу и не потерять драгоценный сок, взял в зубы. Мгновением позже ягодки уже лежали на подстилке перед воительницей.
- Сви, просыпайся, вот твой завтрак. После них постарайся час не есть, хорошо? - Так, со мной явно что-то... Не то. Чтобы я - и был таким вежливым? Я болен! Болен, болен, болен!
Ученик подошел обратно к травам и проглотил пару подсолнечных семечек. Я такими темпами не доживу до вечера, честное слово!
Кот снова подошел к Свирель и оглядел ее с ног до головы внимательным взглядом целителя. Кошка, конечно, осунулась и похудела, а белой шубке не доставало прежнего блеска, но в общем и целом она выглядела... Не так уж и плохо. По крайней мере, разноцветные глаза сверкали прежней силой духа.
- Знаешь, собирай манатки и иди... В палатку воителей. С сегодняшнего дня и, надеюсь, до конца твоей долгой и счастливой жизни ты будешь спать там. Мне и одного дармоеда тут хватает, так что брысь, - тонкие усы довольно задергались, а янтарные глаза уже не были наполнены ужасом. - И да, ешь по больше жирного... И по меньше двигайся. И первые три дня приходи ко мне за можжевельником, на всякий случай.
Теперь Хруста. с ней тоже надо что-то делать... Вот только так красиво избавиться, как от Сви, от Хрусты не получится, у нее переломы - не хухры-мухры с отравлениями.
- Хрусталик, - Червонец старался, чтобы его голос казался как можно более бодрым, - Я тут подумал... Тебе пора проветриться. Вылезешь на главную поляну, погреешь косточки на солнышке. Я тебе помогу.

+1

70

Сон начал овладевать кошкой только к самому утру, Хруста совсем пригрелась у себя на подстилке, плюс с боку её  грел Червонец. Внутри Хрусталик все трепетало. Это был страх смешанный с немыми, с тысячами немых вопросов. Как вдруг резко тепло исчезло и по телу кошки пробежала мелкая дрожь. Лишь спустя несколько минут, переборов слабость, Хруста подняла глаза на юного целителя. Она смотрела на него как-то холодно, устало, просто не знала, что сказать, не могла. Она снова прикрыла глаза, как почувствовала, что кто-то совсем близко приблизился к её мордочке. Она чувствовала его дыхание, биение сердца, но не открывала глаза. Почему? Может, как в былые времена хотела напугать его или вскрикнуть "БУ" и вскочить? Нет, скорее всего она была просто уставший до такой степени, что со сложностью открывала глаза. Кстати боль в лапах, как она чувствовала, начинала постепенно проходить и это действительно очень радовало! Не говорит ли это о том, что здание лапы скоро отнимутся? О, нет-нет-нет, всё будет прекрасно, и Хруста снова вскоре будет бегать по бесконечным просторам пустоши, вдыхая аромат юных вязелей и можжевельников, покрывающих весь простор огромных полей.
- Хрусталик, - Как обычно бодро сказал Червонец, хоть в его голосе еще чувствовалось некоторое волнение.
- Я тут подумал... Тебе пора проветриться. Вылезешь на главную поляну, погреешь косточки на солнышке. Я тебе помогу. - Хруста нехотя распахнула глаза и уставилась на целителя с некоторой мольбой в больших, голубых зрачках. Она откашлялась.
-Было бы неплохо, - Уводя взгляд, хрипло прошептала она и снова откашлялась, стараясь вернуть голосу прошлую нежную интонацию. - Наверно, я смогу немного передвигаться, - Она кивнула, бросив немного злой взгляд на задние конечности. Хвост хлестнул по подстилке и кошка вцепилась когтями в землю, таща за собой вторую часть тела. "Первый шаг" оказался довольно сложным, по телу пробежала дрожь и кошка стиснула зубы, чтобы не взвизгнуть, и снова принялась бороться за свое право жить. Вторая попытка была более удачной и Хрусталик перевела взгляд на Червонца, немного улыбаясь. Но в этой улыбке скрывалось что-то большее. Чувство того, что её спасли. Чувство безграничной благодарности.

+1

71

Кажется, её притворство осталось незамеченным. Будь это иначе, Червонец бы уже изрыгал проклятия, топотал и вообще ярился б сверх всякой меры. Хотя — кто его знает. Червонец совершенно непредсказуем. Ничто не мешает ему отомстить тихо и незаметно. Однако это уже нюансы, и Сви быстро отогнала от себя неприятные мысли.
- Свирель!
Сви мысленно вздрогнула. <Заметил!> Но тут же обрадовалась, что её действие было только мысленным. Голос Червонца звучал радостно, что, несмотря на всё воображение Свирели, никак не могло случиться, если бы её маленькая диверсия была обнаружена. Но это ставило новые вопросы. Сви никак не понимала, как её существование могло бы вызвать у Червонца радость. Скорее наоборот — целитель явно тяготился её вниманием. Но ничего не мог сделать — она больная, наблюдение — её единственное развлечение, и ничего с этим не поделаешь. Так что Сви даже с некоторой мстительностью наблюдала за растущим раздражением Червонца. Впрочем, даже этот оклик был им приправлен. Успокоив себя философским «чужая душа — потёмки», Сви вполне удачно скрыла всю мыслительную работу неторопливым зевком.
Но это не мешало ей наблюдать.
Похоже, Червонец чувствовал себя не в свой тарелке. Разбираться в этом Свирель не имела ни малейшего желания. Обладая своей «детской» наблюдательностью, она могла бы без особого труда вытянуть немало тайн, секретов, умалчиваний... Если бы хотела. Она — не сплетница, а чужие тайны давят не меньше, чем собственные.
- Сви, просыпайся, вот твой завтрак. После них постарайся час не есть, хорошо?
Обращение целителя показалось Сви непривычным — слишком вежливым, что ли. Боится, что Свирель всё заметила? Даже если и так, то она ничего никому не расскажет. По крайней мере, без нужды. Вообще-то Сви никогда не стремилась приносить кому-то вред, но если ей сильно насолить, то она обязательно выскребет все наблюдения из памяти и пустит слух (она никогда этого не делала, но и что с того?). Так что пусть пока она об этом не забудет. На всякий случай.
Сви посмотрела на Червонца чуть насмешливо — это относилось к его инструкции, и кивнула.
Но, похоже, у Червонца снова переменилось настроение.
- Знаешь, собирай манатки и иди... В палатку воителей. С сегодняшнего дня и, надеюсь, до конца твоей долгой и счастливой жизни ты будешь спать там. Мне и одного дармоеда тут хватает, так что брысь. И да, ешь по больше жирного... И по меньше двигайся. И первые три дня приходи ко мне за можжевельником, на всякий случай.
Потом Свирель и не подумала обижаться. Наоборот — её восхитило грубовато-правдивое обращение. Ей самой никогда не хватало духа сказать другим нечто подобное. Но это всё было потом — сначала у неё просто захватило дух от счастья. Звёздное племя! Она больше не будет валяться здесь, а пойдёт на свои пустоши, и будет бежать. Просто бежать, вытряхивая из своего сознания — по крупице — все неприятные воспоминания.
- Спасибо, - сказала она вполне искренне. И даже удержалась от ехидного замечания. Что её подколы стоят по сравнению с прекрасным ближайшим будущем? (она на это надеялась).
Довольно дружелюбно кивнув на прощание, Свирель «собрала манатки» и с чистым сердцем вышла из палатки. Съев предварительно лекарство, разумеется.
>>> Пустошь.

0

72

UP, товарищи!

0


Вы здесь » Новые КВ: память сердца » Племя Ветра » Пещера целителя